Независимое тестирование по истории Украины вскрыло примечательную деталь: нынешняя власть в Украине в опять переписала историю под себя с присущей ей "чисто пацанской" тупостью. Впрочем, занималось этим ведомство Димы Табачника, а уж он-то, в отличие от дорвавшихся до власти "правильных пацанофф", по-настоящему эрудирован, весьма не глуп, но слишком, как бы это помягче, политически проституирован.
Прежде всего, из курса истории Украины убрали упоминание об "оранжевой" революции, которая действует на нынешнюю власть и лично Януковича, как красная тряпка на быка.
Впрочем, этого и следовало ожидать, поскольку министр образования Дмитрий Табачник уже давно поговаривал о деполитизации истории. Деполитизация, по Табачнику, состоит в том, сведения о недавних событиях из курса нужно удалить, поскольку о них ещё, дескать, в обществе и среди учёных не сформировалось устойчивое мнение. Впрочем, Бог с ним -- по факту от "оранжевой" революции остался один пшик, и шуму от неё оказалось больше, чем толку, что, кстати, стало ясно уже где-то к началу 2005 года.
Но даже если руководствоваться "научным" подходом Табачника & Company, то непонятно, почему из курса истории исключена тема ОУН-УПА. Согласимся, что тема противоречивая, вызывающая споры даже среди бывших участников национально-освободительного движения времён Второй мировой войны, принадлежавших к разным идеологическим течениям внутри самой УПА, которая в этом смысле была отнюдь не такой монолитной, как сейчас пытаются уверить "патентованные патриоты". Но тема в украинской истории, несомненно, важная, очень интересная и непрерывно извращаемая всеми, кому не лень.
Посему тезисно дадим очень краткий курс настоящей истории УПА.
Во-первых, ОУН и УПА -- это, как говорят в Одессе, две большие разницы. Поначалу ни бандеровская, ни мельниковская ОУН, боровшиеся друг с другом на уничтожение, не имели к УПА абсолютно никакого отношения. И создана УПА была не в октябре 1942 года в день Покровы-Богородицы, как теперь это пытаются в своих целях изобразить патриоты, а примерно годом раньше. Называлось это вооружённое формирование Полесская Сечь, создана она была на Волыни, а не в Галичине. Возглавил её Тарас Боровец -- деятель, близкий к петлюровскому правительству в изгнании, которому режим Юзефа Клеменса Кошьчехи Пилсудского дал прибежище в Варшаве на случай, если удастся, как в 1920 году, вернуться на Надднепрянскую Украину. Боровец взял себе псевдо Бульба, из-за чего его звали Тарасом Бульбой-Боровцом. Поначалу Полесская Сечь, будущая УПА, была обычной крестьянской "партизанкой" для самообороны на огромных лесных территориях Волыни, когда советские войска откатились на восток, а вслед за ними пошли гитлеровцы, оставив эти территории почти бесконтрольными. Инициаторами создания Сечи были, в частности, бывший заместитель главы правительства УНР в 1919 г., приближённый к Симону Петлюре Андрей Левицкий и бывший петлюровский генерал Владимир Сальский. Сечь должна была стать основой возрождаемой армии УНР.
Таким образом, опровергаются два мифа. Первый, большевистский -- о том, что УПА -- это коллаборационисты, служившие Гитлеру. Второй, бандеровский -- о том, что УПА -- это правое националистическое движение. Дело в том, что, не смотря на национализм, Петлюра и его движение всегда считало себя левым, интернационалистическим и социалистическим в том смысле, как петлюровцы всё это понимали. Таким образом, УПА основали петлюровцы, которые, считались левыми, социалистами и союзниками поляков, а потому автоматически попадали в разряд врагов для бандеровцев, которые были правыми, ярыми националистами и злейшими врагами поляков.
Во-вторых, развернуть масштабную вооружённую борьбу в густонаселённой и плотно оккупированной гитлеровцами Галичине бандеровская ОУН не смогла, и базой для такой борьбы стала соседняя пустынная и плохо контролируемая оккупантами Волынь. Здесь бандеровцы попытались получить опору в виде массового движения и нашли её в виде Полесской Сечи, переименованной в Украинскую Повстанческую Армию. Бандеровцы насадили в УПА тоталитарные порядки, частично оправданные шедшей тотальной войной на уничтожение. Руководство в УПА они захватили "просто" -- уничтожив значительную часть её командования и поставив своих людей. Бульба-Боровец чудом уцелел, он погиб позднее, но оставил воспоминания, в которых всё это можно прочесть. К тому же, ряд документов недавно раскрыты в архивах СБУ. Не получив опору в массовом вооруженном движении в виде УПА, бандеровцы так и остались бы кучкой заговорщиков, каковой де-факто остались мельниковцы.
В-третьих, придя на Восточную Украину в составе так называемых походных групп ОУН, и бандеровцы, и мельниковцы столкнулись с многонациональным и космополитичным населением, которое, не смотря на сталинщину, ещё не разуверилось в социализме, а к национализму донцовского пошиба относилось враждебно. Особенно это чувствовалось на Донбассе, о чём есть воспоминания ныне, кажется, ещё живого, но весьма престарелого члена Центрального Провода ОУН Бандеры Евгена Стахива. В начале 2000-х годов в интервью газете "День" Стахив, бывший руководителем националистического подполья на Луганщине -- в том самом Краснодоне, где была Молодая гвардия! -- отмечал, что националисты отбросили "запеклий" национализм и сильно полевели во взглядах.
В-четвёртых, та же участь постигла всё националистическое движение, известное теперь как ОУН-УПА. По мере расширения движения в период его максимального расцвета в 1943-1944 годах в него вливалось огромные массы людей разных национальностей, но преимущественно левых и интернационалистических взглядов, размывая националистический костяк, взращённый на "донцовщине". В рядах УПА было много русских, кавказцев, евреев, представителей народов СССР и Европы, были даже немцы и австрияки. Были целые еврейские подразделения, а еврейские врачи и другие специалисты, которыми славится еврейская нация, пользовались большим уважением. Почти не было только поляков, которые входили в свою Армию Крайову, подчинявшуюся эмигрантскому правительству в Лондоне, а также промосковской Армии Людовой. Ряды УПА пополнялись советскими воинами-окруженцами, кадровыми офицерами, даже политработниками (!), бывшими коммунистами и комсомольцами. Подавляющее их большинство сохраняло свои взгляды, но режим Сталина справедливо считали преступным извращением идеалов социализма-коммунизма. На эту тему есть любопытные воспоминания участников тех событий, изданные в наше время полукустарным способом мизерными тиражами по причине того, что настоящая историческая правда никому не фиг не нужна. Кстати, нечто подобное, но в несколько более мягкой форме пишет в своей истории Украины канадский историк украинского происхождения Орест Субтельный, отличающийся либеральными взглядами.
У руководства основанного на базе УПА квазигосударственного образования, известного как Українська Головна Визвольна Рада (УГВР), политически представлявшая освободительное движение, также оказалось много бывших коммунистов и социалистов, причём не петлюровского, а советского происхождения. В частности, УГВР руководил Кирило Осьмак -- бывший "боротьбист-укапист", по сути, украинский суверен-коммунист, нечто вроде Мыколы Хвылевого, хотя последний даже не был украинцем по национальности. Даже Главнокомандующий УПА генерал Тарас Чупрынка, он же Роман Шухевич, выходец из семьи галицкой интеллигенции, с юности воспитанный основателем УВО-ОУН Евгеном Коновальцем враждебно по отношению к любым левым взглядам, сначала был вынужден смириться с полевением движения, а затем сам заинтересовался марксистской идеологией и, по слухам, сидя в схронах, усиленно штудировал Маркса, Энгельса и даже Ленина, что было не сложно, ибо Шухевич имел прекрасное образование, владел шестью (!) языками, окончил, кроме Львовской политехники, ещё Львовскую консерваторию и весьма неплохо играл на фортепиано. Кстати, есть мнение, именно смена идеологии Шухевича привела к тому, что он, имея возможность уйти на Запад в эмиграцию, не сделал этого, оставшись в Украине и геройски погиб, ибо начал сторониться Бандеры и других лидеров движения именно из-за расхождения по поводу "запеклого" национализма. Тем более, что тот же Бандера, отколовшийся от движения "двійкар" Ребет и другие вообще никогда не были на Надднепрянщине, не общались с восточными украинцами, не участвовали в боях УПА, а потому были оторваны от реалий. Это догадки, но весьма правдоподобные. А последний Главнокомандующий УПА Васыль Кук, недавно покинувший этот мир, в вопросах марксизма-ленинизма затыкал за пояс даже профессоров и доцентов Высшей партийной школы.
В целом, история украинского повстанческого движения -- это крайне неожиданная и увлекательная вещь. К сожалению, полную и по-настоящему правдивую историю той войны мы уже не узнаем никогда. Многие "українські повстанці-революціонери", как они себя называли, произнося клятву, исповедуя левые вгляды, погибли в неравных боях с НКВД, оставшись неизвестными. Представители правого крыла повстанческого движения в лице Бандеры, Ребета, их окружения и кое-кого из мельниковцев сумели закрепиться на Западе, и благодаря им, украинское повстанческое движение получило реноме крайне правого националистического, хотя в момент расцвета, повторим, оно было по большей части левым.
А детям в школе и студиозусам у вузах вешают на уши разную "хрень". Одни несут ахинею об "украинско-германских националистах", размахивая одной единственной дивизией ваффен-СС, т.е. фронтовой, а не карательной частью СС, "Галичина", хотя против участия в ней украинцев, по сути, политически наивных сельских парубков, выступали все -- и митрополит Андрей Шептицкий, и Степан Бандера, и Роман Шухевич. Да и повоевать эта дивизия толком не успела, гитлеровцы выставили её под Бродами в 1944 году, как пушечное мясо, из 10 тысяч личного состава осталось менее половины, и большая часть этой половины очутилась в УПА.
Единственным действительно тёмным пятном этой мозаики был всплеск поистине иррациональной жестокости, известный как украино-вольская волынская резня в 1943 году, бывшая следствием в том числе многовековой вражды. Хотя с другой стороны, поляки и украинцы веками жили вместе, и взаимопроникновенние культур и языков налицо. В этой резне отличились обе стороны, и фактически это было началом изгнания поляков из "кресов всходних", которое окончила после войны советская власть.
При этом прокремлёвская пропаганда, рассчитанная на кондового рассейского обывателя, скромно помалкивает о власовцах, русских казачьих частях СС и прочих служивших Гитлеру русских коллаборационистах числом до миллиона, которых было в сотни раз больше, чем всех украинских коллаборационистов, вместе взятых.
Другие и вовсе замалчивают эту увлекательную, но запутанную тему, как, например, Табачник.
Наконец, третьи истошно орут что-то ультранационалистическое и славят прежде всего Бандеру, который реально УПА не руководил и ничего общего с ней имел, а сама УПА была движением скорее интернационалистическим. А если и славить, то прежде всего Романа Шухевича, Кирила Осьмака и других, о которых сейчас никто не помнит.
Но ничего этого, повторим, теперь в школе не учат, да и при предыдущей "национально сознательной" власти Ющенко, "мОлодежи и пОдросткам" рассказывали разную чушь.
Но ведь это была действительно полная трагизма и героизма страница истории, которой насчитывается уже почти 70 лет. Её обязательно нужно включить в курс, снабдив хотя бы нейтральными в идеологическом отношении комментариями, характеризуя, например, как кровопролитную и безнадёжную борьбу, сопровождавшуюся огромными жертвами.
Александр Карпец, "Хвиля"
