Понедельник, августа 03, 2020

dollar20131216Год назад в одном государственном учреждении приключилась забавная история. К сонно постукивающим по клавиатурам бухгалтерам ворвался один из руководителей и, размахивая распечаткой из Интернета, гневно вопросил: "Кто слил информацию?". В "компромате" речь шла о скользком тендере, проведенном под патронатом вышеупомянутого начальника. В своей новости журналисты ссылались на "Вестник государственных закупок". Очевидцы свидетельствуют, что после объяснений подчиненных шеф впал в ступор, выдавив из себя лишь: "Как? Так мы все это публикуем?!".

Понять госменеджера нетрудно. Ведь основная его задача заключается в том, чтобы придумать схему и реализовать ее, а не анализировать проблемы открытости информации. А тем временем проблемы эти с каждым годом растут. Поэтому считаем своим долгом информировать высокомаржинальных читателей ZN.UA о последних тенденциях в этом контексте и сопутствующих им рисках. Будем надеяться, что эта информация окажется им полезной. Тем более — в нынешние смутные времена. Итак.

Об этом в «Зеркале недели» пишут Алексей Шалайский и Дарья Каленюк.

Дубинка в поисках пальцев

Начнем с плохой новости. Законодательство, позволяющее замораживать на счетах банков ворованные средства, действует в Европе уже восьмой год. То есть проблема не в поиске дубинки, а лишь в нахождении объекта ее приложения — рук, "які нічого не крали". Ранее мы уже описывали, как действует этот репрессивный механизм. Точнее, как может действовать. Повторим в двух словах.

В 2005 г. в юридическом поле Евросоюза (Директива 2005/60/ЕС) появилась новая аббревиатура — PEP (politically exposed persons, то есть политически увязанные персоны). Список этих достойных людей обширен: от судей до министров, включая членов их семей. Согласно действующему еврозаконодательству, любой банк, открывая счет любой фирме (даже из Белиза или с острова Мэн), обязан удостовериться, нет ли среди ее реальных собственников какого-либо PEPа. Аборигены, учителя йоги и лыжные инструкторы владельцами не считаются.

Если же банк заметит странную активность на счетах либо же получит сведения о том, что PEP на своей родине обвиняется в краже государственных денег, он должен приостановить использование счета и уведомить об этом национальную финансовую полицию. С этого момента до замораживания уже рукой подать. Дело в том, что преступления на территории третьих стран считаются в Евросоюзе таки преступлениями. И даже само начало расследования относительно того, являются ли деньги в банке чистыми или нажиты "непосильным трудом", блокирует счет на неопределенное время.

Обычно украинским любителям распила госбюджета не нравится уже первая ступень механизма: выявление реального бенефициария. Ведь со стороны выглядит несколько непонятно, каким образом министр или губернатор, в жизни не занимавшиеся бизнесом, вдруг стали обладателями многомиллионных счетов. А каждый из украинцев с легкостью может назвать десяток отечественных мультимиллионеров, у которых вообще нет коммерческой собственности. То есть практически все в кэше. Насколько безопасно хранить деньги в украинских банках, явственно показала история с Владимиром Галицким, банковские ячейки которого в разных учреждениях были очищены следствием быстро и эффективно.

Важный момент: когда речь идет о замораживании, это касается не только счетов, но и недвижимости, акций, земли, яхт и т.д. То есть это тот случай, когда действительно "пропало все!". Правда, пока ничего ни у кого не пропадало. Почему?

Лень-матушка европейской семьи народов

Бытует распространенное мнение, что в реальности PEPы не вскрываются и счета не арестовываются в связи с тем, что Евросоюзу выгодно подпитывать свою экономику свежими деньгами, даже если они коррупционны.

На поверку все выглядит банальнее. 8–10 лет для евробюрократии — это просто миг во вселенной. Логика жизни бюрократа во всех странах — не делать лишних телодвижений. В Евросоюзе она, кажется, достигла идеального состояния. Тем более что оставаться в точке невесомости их слугам народа помогает отсутствие, как бы у нас сказали, "подзаконных актов". К примеру, "как узнать, фамилия Kernes или Mogilev — это PEP или нет? Читать украинскую прессу? Увольте". В США эту проблему постарались решить созданием коммерческих баз PEPов. Банки становятся их подписчиками и отталкиваются от этой информации. Мы ознакомились с одной такой базой: украинцев там немного, да и не те. Но чего можно требовать от подобного продукта? Что нашли, то нашли. В Европе даже баз таких пока нет.

Вторая сложность еврозаконодательства: верить ли, что, к примеру, подставной мужчина по фамилии Озопулос действительно является владельцем многомиллионного состояния? Можно верить, можно — нет. Зависит от банка.

О каком-либо замораживании речь вообще не идет: что замораживать, если не ясно — у кого? Так что в целом все выглядело бы замечательно для украинских "пилильщиков", если бы не один нюанс.

Избирательное дубинкознание

На самом деле причины для тревоги у отечественных бюджетных олигархов есть.

Первая. При всей своей холодности и дипломатичности европейцы — тоже люди. Со своими эмоциями и страстями. Кто-то обиделся, что во время переговоров противоположная "высокая договаривающаяся сторона" вдруг поднялась со стула и оборотилась задом, кто-то решил сделать себе пиар на попрании прав соседнего народа, кто-то… Да мало ли существует эмоций.

И вот в поисках выхода пара любой высокопоставленный европеец вдруг может вспомнить о действующем чуть ли не десятилетие законе. Да, его эмоций, безусловно, не хватит, чтобы все банки его родной страны вдруг начали тотальную слежку за всеми PEPами. Но вот за десятком PEPов и конкретно за их фирмами — вполне. Да, избирательно, да, "ах, как это коварно", но — все законно. Согласно директиве и общей логике демократизации общества. Существует, понятно, некоторая проблема с поиском этих фирм. Но проблема эта решаема. И в этом заключается вторая проблема для украинских VIP-бюджетников.

Если бы они знали, какое количество людей сейчас рыщет по различным базам данных, анализируя, сортируя и складируя информацию, они бы сильно удивились. Примечательно, что "искатели" эти — как из разных стран, так и с разной мотивацией. Кто-то ищет справедливости, кто-то — удовольствия, у кого-то работа такая. В любом случае, процесс идет. Стоит отметить, что работа эта, по крайней мере, для первого этапа — не столь уж сложна. Слишком уж яркой и многообразной была жизнь украинской "элиты" в последние годы. Первая сотня-другая фирм, за которыми скрываются наши родные PEPы, лежит просто на поверхности. Скажем, в Одессе все могут быть уверены, что местный аэропорт ушел задешево в руки господ Кауфмана и Грановского. Как это доказывается? Да никак. Думается, что киприоты, де-юре владеющие аэропортом, даже не слышали этих фамилий. Тем более что в связи с этой сделкой называется фигура намного мощнее вышеозначенных местных бизнесменов. Или вот существует, к примеру, такая корпорация — "Горные машины". Нормальная, давняя контора, принадлежит Ринату Ахметову. Только вот во времена последнего царствования на рынке госзакупок появился удачливый новичок. С идентичным названием, но с панамскими корнями. Побеждает всех, кого только видит. На наш вопрос СКМ: "Не "дочка" ли?", ответ пришел негативный: "Не наше, и знать не знаем — чье". Такая вот неведомая звезда на жирном рынке шахтного оборудования.

Или вот недавно журналист Татьяна Чорновол опубликовала документы о том, что черкасский губернатор и охотник из общества "Кедр" Сергей Тулуб приобрел себе две дачки в испанском Марбелье. По местным законам, финансовые органы должны быть оповещены не только о том, что покупателем оказался столь значимый человек, но и определить источники его дохода: вдруг украл?

Понятно, что, как уже говорилось выше, местным властям недосуг копаться в сортах украинских PEPов, но если об этом уведомит местный гражданин — журналист или тем паче депутат — другое дело. Закон ведь надо исполнять.

Больше примеров приводить не будем. ZN.UA — слишком малоформатное издание для такой информации. Скажем лишь, что если вдруг на кого-то "там" наедут, то на вопрос: "А почему я, а не он? Что это за избирательное законодательство?", ответим: "Именно так. Именно законодательство. И именно избирательное".

И в заключение о самом грустном. О Британии и США. До сих пор туманный Альбион был одной из самых любимых точек для создания различных прокладок. Но время это истекает. Первый шок некоторые наши олигархи пережили в прошлом году, когда любимый банк королевы Англии был оштрафован на 8,75 млн фунтов стерлингов за непредоставление информации о PEPах. В этом году случилась вообще катастрофа. Местное правительство приняло решение раскрывать в корпоративных реестрах всех реальных бенефициариев. Так что с Британией можно попрощаться.

И о США. Да, это страна, арестовавшая счета Лазаренко на неприступном острове Гернси. Во-первых, напомним, что не так давно, в 2005 г., там была одна громкая история. Случилась она с RIGGS — банком, который существовал 168 лет, кредитовал правительство для покупки Аляски и держал депозиты 21-го американского президента. Несколько финансовых операций в пользу Пиночета и президента Экваториальной Гвинеи, одно расследование, один штраф — и банк был выставлен на продажу.

Но главное даже не в этом. А в том, что все банки мира пользуются долларом, а значит, корсчетами в американских банках. Вообще-то это считается несколько неприличным — нагнуть, скажем, азиатский банк с помощью коммерческого корсчета, но уже применялось. Можно, конечно, попробовать прожить всю жизнь, оперируя гривней и рублем, но даже нашим олигархам не хочется желать такой жизни.

78613
Источник инфографики: ZN.UA.

Комментарии   

+1 #1 Київ 26.12.2013 20:48
Щоб заморожувати рахунки компаній, які контролюють українські можновладці жодних санкцій не потрібно.
У Міжнародному стандарті протидії відмиванню грошей говориться, що банкам забороняється співпрацювати з закордонними корумпованими політичними діячами. Якщо банк виявляє, що клієнт отримав гроші з нелегітимного джерела, то він відмовляється від співпраці з таким клієнтом. Другу дію, яку повинне зробити керівницітво банку - подати звіт у фінансову поліцію країни.

You have no rights to post comments